Люди / 17 мая 2016

Сергей Майоров: Я люблю людей гораздо больше, чем они меня

Комментарии

Встретились с популярным телеведущим и продюсером, чтобы получить из первых рук информацию о свежих тенденциях в массмедиа, поговорить об ответственности телевидения, и заодно ответить на вопрос: к чему все.

Пятый по счету визит во Владивосток многократного лауреата ТЭФИ, автора легендарных «Историй в деталях», совпал с приездом мировой оперной дивы Марии Гулегиной — документальный фильм о ней Сергей Майоров снял два года назад и решил сам представить владивостокскому зрителю.

— Сергей, на презентации фильма вы сказали, что приезд Гулегиной – это историческое событие для Владивостока, и вам очень радостно быть ему сопричастным и понимать, что все, что вы делали – небесмысленно. В такие моменты вы осознаете, что все в жизни неслучайно? Вы же могли, например, не снять фильм.

— Этот фильм получился ярким и заметным, он был представлен на 5 международных конкурсах, с отличным рейтингом прошел в эфире Первого канала. Успех сопровождал все его показы! А вы представляете, сколько историй я пропустил? Прелесть профессии журналиста в том, что сегодня у тебя получилось событие, а завтра нет. Вот фильм про диву Марию Гулегину мы с командой сняли, а фильм про диву Гурченко, при жизни звезды, не успели: фотосессию сделали, а интервью – не записали….. Шесть лет назад мы были на съемках в Лондоне и нам предложили сделать большое интервью с певицей Адель, она тогда только начинала свою карьеру и была готова на все. Но мы решили, что дебют Адель — это как-то неинтересно, а вот сейчас локти кусаем (смеется).

image

                                            фото: Аслан Ахмадов

— А для вас работа – это что?


— Это счастье. Жестокое счастье! Говорят, что счастье в детях, но дети вырастают и живут своей жизнью. И как они ею распорядятся, вопрос к ним. Мы чаще всего на это повлиять не можем. Отдашься полностью детям, будь готов к срывам, депрессиям и одиночеству. Несчастные родители — большая драма для детей. Для счастья важна личностная реализация. Если ты богом поцелован и тебе дан уникальный голос, ты должен его нести в мир, потому что этот голос делает счастливыми огромное количество людей. Этот голос не может стоять у печки и жарить котлеты. Конечно, детям нужны и мама и папа, и ужин семейный и прогулки на велосипеде. Но им нужны примеры успеха, они должны видеть результаты труда. Когда я работаю, я счастлив. Когда результаты моей работы видит моя семья, я знаю, что и для них это счастье.

— На вашем жизненном пути было больше препятствий для реализации или удачных стечений обстоятельств?


— Жизнь любого человека – это бег с препятствиями. И ноги в кровь, и по башке фигачило! Моя жизнь еще не закончилась, и скакать приходится сильно.

— Достигнутый результат дает энергию для дальнейших свершений или вызывает ощущение опустошенности?


— Профессия телевизионщика в этом отношении не очень благодарное занятие. Эфир — это же воздух, мгновение. Архитектор построил дом, дом стоит и его видно. А ты снял для эфира кино – оно прошло и где-то растворилось. Утром выходишь из дома и понимаешь, что все как обычно: люди, автобусы, небо… И в этот момент важно начать снова что-то делать.

— В стремлении сделать рейтинговый контент можно ведь и ранить героя, потому что чем острее и ироничнее, тем интереснее. Как соблюсти баланс?


— Единственное средство – ставить себя на место героя и думать: а тебе бы понравилось, если бы о тебе так?

— Вас до сих пор ассоциируют с «Историями в деталях», хотя за вашими плечами большое количество серьезных документальных фильмов и проектов, вам это приятно или обидно?

— Я к этому нормально отношусь. «Истории в деталях» шли восемь телевизионных сезонов, мы сделали три тысячи выпусков, я был в эфире семнадцать раз в неделю, без выходных и отпусков. И естественно, я просто устал. Сейчас я занимаюсь документальным кино для Первого канала, но это не значит, что я не вернусь в эфир. Ищу свою тему, новые истории. Просто всему свое время. Например, мы с Любовь Камыриной сняли фильм про Марию Гулегину, показали его во Владивостоке, куда прима высочайшего мирового уровня приехала впервые. Поддержали, можно сказать, это историческое событие. И после показа, во время торжественного приема в музее Арсеньева, Мария Агасовна, увидев как ее любят и ждут, подарила Музею и городу свои серьги, которые украшали ее образ более 20 лет. В них она всегда пела «Тоску» во всех крупных театрах мира…. Это так волнительно! Я понимаю, что теперь маленькая часть ее успеха, ее личной истории навсегда останется во Владивостоке! Вот из таких, на мой взгляд, важных деталей и состоит жизнь.

— В детстве у вас было предчувствие вашего дальнейшего пути?

— Нет, я хотел быть летчиком. Я родился в маленьком подмосковном городке, где жили одни летчики, и настоящие самолеты были нашими детскими игрушками. Но к сожалению, в восьмом классе выяснилось, что я дальтоник и небо мне противопоказано.

image

                                                  фото: Аслан Ахмадов

— А как вы к людям относитесь?

— Я их очень люблю. Гораздо больше, чем они меня. Они считают, что раз я большой и непробиваемый, то вынести могу все. Слон тоже большой. Но от мышиного писка у него может разорваться сердце. Я часто веду различные мероприятия. Вот ты выходишь к аудитории, и независимо от того, многотысячный это стадион или зал на сто мест, тебе нужно создать атмосферу. Нервничаешь, потеешь, не можешь ни пить, ни есть. И люди не должны видеть этого. Ты делаешь им хорошо. Многие думают, раз ты создаешь настроение, значит сам – мощный, солнечный, железобетонный. Но и батарейке нужна подзарядка. Публика часто экспериментирует: кидает топор в спину – и посмотрит на твою реакцию. Так же и студенты мои (смеется), все время пытаются брать «на слабо», самоутверждаются…. Я это понимаю, и потому тренирую в себе умение держать удар, учусь реагировать и отбивать агрессию. Я вот не очень люблю светские тусовки, не очень люблю премьеры. Фальш и лицемерие. Поверьте, даже в случае большого успеха, далеко не все с тобой радуются. Зависть съедает. Чмоки-чмоки все умеют делать. Благодарить и поздравлять искренне — удел сильных, любящих людей! Меня не любят, потому что я часто говорю прямо и честно. И чмоки-чмоки у меня не очень получаются. Но, если я вижу талантливую работу, то встану и устрою овацию. Топор кидать не буду. И плевать, что обо мне подумают! Меня легко удивить, легко пленить, легко влюбить. Я откликаюсь мгновенно на все искреннее, красивое и талантливое. И, при всей кажущейся мощи, периоды глубокой тоски у меня бывают часто .

— Порекомендуете, как из них выходить?


— Средства, лучшего, чем предложил барон Мюнхгаузен, еще никто не придумал: брать и вытягивать себя за волосы.

— Вы не чувствуете себя одиноким бойцом за настоящую жизнь в мире победившего «гламура»?

— Благодаря социальным сетям и Интернету, «гламур» сдох, просто не все это еще осознали. Гламурные силиконовые дивы – это уже глубокое прошлое. Глянцевые журналы стремительно теряют аудиторию. Весь мир сегодня есть в твоем смартфоне, причем мир сформированный тобой. У тебя есть аккаунт в инстаграмм или фейсбуке, где ты можешь высказаться. Мегазвезды, все без исключения, доступны и открыты, они ра расстоянии одного клика! И им не нужны посредники в виде каких-то журналов! Увидел фото с места события в Инстаграме Леди Гаги, высказался – и видишь, как вокруг тебя собирается армия единомышленников, либо оппонентов. Если же тебе нахамили, ты заблокировал человека и его больше нет, и он больше не появится в твоей жизни, только разве что заведет новый аккаунт. Благодаря Джобсу, Цукербергу и товарищам, мы можем сами продвигать свой продукт, не прибегая к услугам посредников. На телевидении уже считается хорошим тоном заканчивать главные новости роликами с youtube. Интернет проникает в телевидение, и это уже о чем-то говорит.

— А вы сами телевизор смотрите?

— Это моя профессия: я должен смотреть. Он у меня работает фоном, потому я вижу все премьеры. Я должен понимать, что делают коллеги. Конечно, степень раздражения достаточно велика: очень мало ярких людей, очень мало интересных событий. Да, технически мы стали практически безупречны, картинку даем красивую, мальчиков и девочек показываем ухоженных. Но завтра придут другие мальчики и девочки, и ты забудешь про этих. Смыслов не хватает. Ты не всегда можешь ответить на вопрос: а для чего вот это? Зачем и почему? Конечно, то, что тебе не дают ТВ-каналы, ты можешь найти в Интернете, узнать разные точки зрения и обнародовать свою. Это, наверное, и есть попытка быть объективным: прочитав, все, что нужно, сформировать свое собственное мнение. Хотя, на самом деле, это будет только сумма субъективностей. Телевизор не создает дискуссионность, а в интернете, в частности, в социальных сетях, такая возможность есть. Раньше люди от реальности, от страха и непонятности бежали в Индию и в Таиланд. Сейчас ты можешь никуда не ехать, а просто занырнуть в Интернет, с его сериалами, площадками по интересам, с его многообразным контентом. И там ты можешь влюбиться, можешь наладить личную жизнь, можешь писать книги и снимать видео-ролики. И, наконец, можешь делать что-то значимое. Актрису Ирину Горбачеву, пока она не начала выкладывать смешные ролики в свой инстаграмм, мало кто знал. А сейчас у нее сотни тысяч реальных подписчиков. Создав свой мир, Ирина стала не только развлекать, но помогать. Например, своим миром она собирает деньги на помощь больным людям. И это здорово. Это уже не общество потребления, а в хорошем смысле слово, прекрасная обывательская среда! Когда у Константина Хабенского случилась жизненная драма, он создал фонд, создал школы, где занимается с детьми, и делает это все совершенно безвозмездно. Видимо, он понял, что в жизни важно. Когда ты теряешь близкого человека, ты начинаешь по-другому оценивать мир. Понимаешь, что твое призвание, твоя популярность и узнаваемость, могут приносить пользу. Жизнь одна, и нужно успеть помочь еще кому-то. А если все время вкладывать в себя, в себя, в себя – так и лопнуть можно. Сейчас люди умные, популярные, становятся еще и очень ответственными, социально интегрированными, у них возникает естественное желание меняться мир в лучшую сторону. Отсюда масса социальных, ярких событий! А ведь телевидение об этом редко рассказывает. Оно до сих над жизнью. Ментор наш телек! Недостаточно передач про тот же фонд «Подари жизнь» Чулпан Хаматовой и Дины Корзун. Хотя именно благодаря им, это явление стало не модным, а осознанным. Вот Анастасия Волочкова рассказывает, обматываясь слезами, что она дает благотворительные концерты. Но сфотографироваться в шпагате с бедными-несчастными детьми – это одно. А вот без сопровождения прессы пойти и менять памперсы умирающим людям, это другое. Таня Арно не кричит повсеместно о своей благотворительности. Но я знаю, сколько всего важного она делает в фонде помощи хосписам «Вера». До слез! Это уже гражданская позиция.

— Давайте про поиски смысла: по умолчанию считается, что 90 процентам аудитории не нужны ни поиски, ни смыслы. Вы, как человек, который услышал и пережил десяток тысяч человеческих историй, как считаете?


— Для того чтобы что-то случилось, должно что-то произойти. Я верю, что каждый человек рожден, чтобы узнать, что такое счастье, что такое любовь. Я не верю, что кто-то сюда приходит как расхожий материал, как биологический фонд: поесть, сходить в туалет, сделать ребенка, уйти. Я думаю, что каждый рожден для какой-то задачи, с целью. Вопрос только в том, как человек себя услышал и как помогли ему родители: не купили ему место, не проплатили поступление, а создали хорошую среду, в которой есть все для роста и развития. Если человек себя не видит, не слышит, не хочет, ленится, тогда он начинает пить, употреблять в лошадиных дозах наркотики и в итоге становится красивым памятником на кладбище с иногда рыдающими собутыльниками. Ведь и наркотики и алкоголь – это тоже побег из реальности, но в другую страшную реальность. Почему так популярен жанр «фэнтези»? Потому что, уходя в кино на два часа, мы становимся лучше, мы начинаем верить, что мир не так зол, что в нем есть добрые, удивительные люди, и супергерои обязательно помогут. Сейчас время самим становится супергероями. Ведь с собой на тот свет ничего не возьмешь… Если говорить о телевизионных проектах, то успех сериала «Кухня» — не в Дмитрии Нагиеве и блистательном актерском ансамбле, при всем моем глубочайшем к ним уважении. Сериал «Кухня» — это тоже побег из реальности. Ты приходишь в ресторан, заказываешь блюдо и не знаешь, какие страсти кипят у плиты, когда из куска мяса рождается шедевр. И ты смотришь на работу профессионалов, погружаешься в этот мир и проживаешь те жизни, которые тебе не удается прожить самому. И в этом ответственность телека. Важно понимать, куда ты приглашаешь зрителей: в счастливый справедливый мир или во мрак.

— У меня к персонажам Дмитрия Нагиева неоднозначное отношение: я не уверена, что они транслируют те смыслы, которые нужно транслировать. Это особенно очевидно в сравнение с тем, о чем говорят герои ваших передач и фильмов. Мария Гулегина – это образец для подражания. Про физрука Фому – я не могу так сказать.


— Давайте не путать героев и персонажей. Дмитрий Нагиев – это один из очень уважаемых, профессиональных и прекрасно образованных людей. Он актер, а я – журналист. Он может сделать то, что не могу сделать я, а я делаю то, что не может делать он. Его задача – развлекать, моя – развлекая, просвещать и может быть, образовывать. Огромная армия фанатов Нагиева, следуя за ним, тоже меняется. Он фантастический театральный актер, и чтобы это понять, нужно увидеть его на сцене. И поклонники сериала «Физрук» идут в театр, покупают билеты и узнают его другим. На экране он может выглядеть холодным циником, в жизни это человек, который тоже терял и страдал. Он очень добрый и порядочный человек, и когда речь идет о помощи другим, он первым приходит на помощь. На мой взгляд, он один из самых достойных артистов нашей страны. И присев на «Физрука» его зрители, следуя за ним, погружаются в другую реальность. Физрук сдает кровь и я сдам вместе с ним. Физрук убирает свой город и я выйду с ним на субботник. Это важно. Я очень хочу сделать фильм о Нагиеве и рассказать всем, что скрывается за его маской.

— Триада великих древнегреческих трагиков: Эсхилл, Софокл, Эврипид, в общем, задала три основных философских концепции взаимоотношений человека с мирозданием, которые дальше потом только разрабатывались. Эсхил считал, что Вселенная обращена к человеку и помогает ему в реализации его жизненных задач. Софокл показывал человека, ценой титанического страдания преодолевающего обстоятельства и в этом становящегося равным богам. А Еврипид, и потом это продолжили экзистенциалисты, уверял, что человек заброшен в пустую и враждебную Вселенную и только по своей глупости навязывает ей собственные представления о добре и зле. Вы, как человек с мощным аналитическим аппаратом, как считаете, какая концепция правдоподобнее?


— Пообщался бы я с этими тремя парнями, жаль, уже не получится. Я вместо ответа расскажу одну историю – реальную, но для меня очень притчевую. Когда-то давно я влюбился в остров Бали и открыл его как место силы. Я дальтоник, не умею водить машину, и чтобы посмотреть остров — мне ведь нужно увидеть и самый экзотический отель, и самый развратный пляж и все необычные шоу-румы — я прибегаю к услугам местного водителя. Так он возит меня три недели, а потом просит за свои услуги 150 долларов. Я понимаю, что проездили мы гораздо больше, даже если считать один бензин. Я спрашиваю: «А почему так мало? Ты же мог назвать сумму раза в три большую, и я бы заплатил!». Ответ: «Я не имею права врать, ведь я не хочу в следующей жизни быть букашкой, червячком. Я должен жить так, чтобы за эту жизнь многое понять, постичь, и в следующей — выйти на новый уровень развития, достигнув просветления». Представляете, индуисты уже сейчас думают, как не засрать – именно слово «засрать» — себе следующую жизнь. Два парня из томской телекомпании «ТВ2», придумали «Бессмертный полк». Для меня они супергерои, изменившие мир к лучшему. Это не Государственная премия, это не ордена — это низкий поклон и благодарность от потомков тех, кто погиб, тех, кто прошел войну. Это и есть память, которая нас держит в этом мире и не дает окончательно сойти с ума. Я говорю студентам: Борис Березовский – человек, который из самых низов пришел к тому, что практически управлял страной, а что в итоге? Смерть при странных обстоятельствах. Или история с миллиардером, который повесился на своем галстуке в роскошных апартаментах Москва-сити…. Они могли изменить мир к лучшему, а ушли, словно и не было из. Пустота. Как говорил Король в знакомой с детства «Золушке»: «Связи-связями, но никакие связи не сделают ножку маленькой, а душу большой». Мы живем один раз и обязаны думать, что после нас останется, и что о нас будут говорить наши дети: мой папа – вор и бандит, а мама – содержанка-проститутка? Намного лучше: вот, сынок, дом, который построил твой папа, или спектакль, который он поставил, или фильм, который он снял.

— Человек ищет комфорт или истину?


— Это та самая арка, которая существует в классической литературе. Сначала все ищут комфорт, а когда становится понятно, что одного комфорта для счастья мало, начинают искать истину. О чем думал Илья Ильич Обломов: не как жить, а зачем. И в этом отношении мы абсолютные потомки великих русских писателей. Конечно, мы ищем комфорта, признания общества, светскости, возможности путешествовать, влиять, улыбаться, нравиться, флиртовать, пускаться во все тяжкие. А потом что-то происходит, и ты встаешь перед вопросом: а зачем все это?

— А вы нашли ответ на этот вопрос?


— Все, что происходит в моей жизни, — это топливо, чтобы двигаться дальше. Понимаю, что-то было сделано не так, но надеюсь в дальнейшем это исправить. В те дни, когда ты много кого теряешь, возникает эта русская способность жалеть. Не жалость в смысле жалости, а боль, что человек не успел все, что хотел. И тогда начинаешь экономнее относиться к своему времени: не просираешь его впустую. Мне очень нравится фраза из любимого фильма «Реальная любовь» — «чудо возможно, пока не начались титры».

— Бывает, что вы сознательно себя ставите в экзистенциальные ловушки из серии: как бы я поступил, если бы…?


— Я не люблю сослагательное наклонение. И к не очень хорошим поступкам со стороны коллег и товарищей по отношению ко мне я тоже отношусь философски. Может быть, на меня повлияли беседы с прекрасными православными и католическими священниками или с настоятелями буддистских монастырей. В таком общении ты ясно осознаешь, что жизнь дана тебе в удовольствие, что нужно попробовать, понять и простить. И ты понимаешь, что в своем стремлении получить удовольствие люди ведут себя по-разному в силу уровня своего образования, эрудиции и вкуса. Стремясь получить удовольствие, человек может совершить подлость, потому что он несовершенен, и ты уже на него не обижаешься. Потому что не знаешь, как бы сам поступил на его месте. И я бывал несправедлив, и жизнь меня возвращала обратно, к этому человеку. Недавно я восемь часов просил прощения, у подруги, с которой когда-то был не очень корректен. Теперь мы снова общаемся.

В этой жизни вы все уже поняли?

— Нет, я нахожусь в состоянии настоящего подростка, я делаю глупости, думаю, как эти глупости не совершать, но опять же, это все топливо в топку, ради движения

— Если выбрать одну метафору, то жизнь – это что? Череда ошибок и их исправлений, путь испытаний и вознаграждений?

— Для меня жизнь – это качели, и все зависит от того, насколько эти качели раскачать. Если найти идеального партнера в бизнесе или личной жизни и качаться вдвоем, то движение может быть равномерным, сбалансированным. Если человек встает на качели один, то в одну из сторон, в зависимости от того, на какую встанет, он качаться будет больше. Мы сами задаем вектор движения и интенсивность – можем раскачаться и до «солнышка», и пробить себе голову. И в этом смысле мне кажется, очень важен поиск некоего равновесия на этих качелях: чтобы они тебя по голове не трахнули, и самому устойчивость не потерять. Ведь жизнь – это не только эмоциональные вдохи, это еще и кайф, когда ты выдыхаешь.

— Посещение буддистских храмов – тоже было в русле поиска истины?

— Моя коллега Люба Камырина сказала однажды: «Журналист – это человек, которому все интересно». И я ездил по храмам, потому что это любопытно. Вот завтра мне нужно будет обязательно увидеть владивостокского легендарного моржа Мишу и сфотографировать его с игрушечным медвежонком, которого мне дала моя племянница Лиза для этой цели (смеется). Для меня сейчас это самая важная задача.

— Человек когда-нибудь поймет все это?

Поживем, увидим… Есть сегодняшний день и его энергию надо использовать по максимуму. Сегодня – вдох, а завтра – выдох. И просто спокойно гуляя по Владивостоку, рассматривая город в детях, стоить помнить, какие люди — такие истории.

текст: Юлия Чернявина
фото: Илья Табаченко, Аслан Ахмадов

2 комментария

  1. Виктор:

    Прекрасное интервью умной Юлии с умным Сергеем. Спасибо

    1. Татьяна:

      Чудесно!!!! Очень емко!!! МОЛОДЕЦ,как всегда!!! СПАСИБО ТЕБЕ БОЛЬШОЕ,СЕРЕЖА!!!!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Без рубрики
15 сентября
Кей Раджагопал: В детстве я думал, что я китаец

Режиссер Кей Раджагопал рассказал, зачем он снял такой темный фильм о сложности адаптации вышедшего на свободу преступника к условиям жизни в Сингапуре

Город
30 мая
Люди в городе: куратор современного искусства

Арт-менеджер Яна Гапоненко рассказывает, как научиться понимать современное искусство

Кино
3 октября
Федор Бондарчук: кинопоказ уже никогда не будет прежним

Поговорили со специально приглашенной звездой кинофестиваля и получили дельный совет

Без рубрики
4 марта
Пространство красоты SonyaInsomnia: косметические мастхэвы и эксклюзивное белье

Sonya Insomnia Beauty Room — это два бьюти-рум (от англ. beauty — красота, room — комната): один из них уже в марте будет отмечать свое двухлетие, он посвящен декоративной, уходовой косметике и товарам для женской красоты из США, Японии, Франции и других стран мира. Второй, открывшийся совсем недавно, отдан под власть стильного, модного и качественного нижнего […]

Без рубрики
5 августа
Лови SWELL

Рассказываем о первом сёрфинг-лагере в Приморском крае

Без рубрики
4 августа
Посетить Харбин без визы теперь можно в обход туркомпаний

Крупнейший город провинции Хэйлунцзян ввел безвизовый режим на 72 часа для российских туристов