Современное искусство во Владивостоке: что, как и куда?

Выясняем, что происходит с совриском и зачем оно нужно городу

Что есть «современное искусство» – вопрос скорее к окулисту, чем к искусствоведу, ведь назвать современным искусством сегодня можно все, на что у художника взгляд падает и кисть встает. На карте мирового соврискового пространства Владивосток пока уверенно осваивает миссионерскую позу (от слова «миссия», конечно же) – когда вопрос о выживании популяции, не до визионерских выкрутасов.

Два года назад молодой арт-менеджер и куратор Яна Гапоненко основала Школу современного искусства – экспериментальную площадку для овладения молодыми и дерзкими навыками что, как и куда – то есть самопрезентацией в художественной форме.  «Современное искусство — это территория свободы, где можно открыто говорить на такие общемировые темы как война, власть, гендер. А художник – это главный медиатор, улавливающий дух времени», - говорила Яна в многочисленных интервью.

Первый выпуск школы – первая внушительная выставка «Круговая порука» в музее современного искусства Артэтаж. Молодые художники, отучившиеся два годы в ВШСИ, по-дюшановски многозначительно мешают экзистенциальную пустоту с гаджетами, а гуманоидов с аспирином. От выставленных экспонатов в памяти остается смысловой ряд именно в такой последовательности: манекен с телевизором вместо головы, трехлитровые банки с водой, чистые листы бумаги с концептуальными словами, «Замок» Франца Кафки, презервативы. Каждый проект снабжен пространным описанием, который дискурсами и нарративами должен объяснить недогадливому зрителю, что, как и куда.

Помогает - так себе. В принципе, каждый нарратив не плох, если его правильно стимулировать.

Но так как арт-критиков во Владивостоке примерно два с половиной человека, то с просветительской задачей тексты справляются через раз. Хотя, по идее, даже торчащий из работы гвоздь – это вполне уже заявление в духе пост-модернизма, которое может указать зрителю на нечто необычное в повседневности, если зритель склонен к рефлексии.

Объективно за два года в необремененном многими локациями культурном пространстве Владивостока ВШСИ вполне стал точкой сборки, где лекции читают деятели столичной арт-сцены и проходят дискуссии по современной философии с обсуждением высказываний Ролана Барта и Ортега-и-Гассета (на специально организованных риддинг-группах) – то есть самые запредельные мечтания уживаются с самой суровой реальностью и трансформируются юными умами в художественные формы.

Субъективно подвести итоги работы Школы и оценить ее влияние на владивостокский художественный ландшафт мы попросили владивостокских и московских кураторов, арт-критиков и, собственно, художников-выпускников.

Яна Гапоненко, организатор ВШСИ:

- В любой локации искусство по принципу институциональной политики или присутствия в информационном поле логично разделить на молодое и уже зарекомендовавшее себя, то есть на то, которое только начинает заявлять о себе, и на то, с которым галереи и музеи города (или резиденции за его пределами) уже работают.

Позиции художников ВШСИ постепенно выкристаллизовываются, точность их высказываний растет, но пока мы все равно говорим лишь про потенциал их собственного роста. Многие еще плавают в непонимании того, что они хотят донести зрителю, городу, стране или миру. Некоторые даже до сих пор не определились, дело ли это всей их жизни – современное искусство - или нет, и в своих работах они эту незрелость демонстрируют.

Два года обучения сработали для художников, молодых кураторов и критиков как фильтры: кто-то совершенно логично отсеялся, кто-то наоборот в процессе обучения получил настолько высокий импульс, что поехал на стажировку или учебу в Москву и даже заграницу. Большинство ребят стали активными участниками местной арт-сцены: пошли в коммерческую индустрию и стали вести собственную студию изобразительного искусства для детей, администрировать уже существующие, либо пополнили штат сотрудников Приморской государственной картинной галереи, музея им. В.К. Арсеньева и ЦСИ „Заря“, либо стали действовать в арт-поле как независимые художники Владивостока. Некоторые ребята сохранили свой тип мышления в академическом русле, школа это не исправила, но дала возможности продаж работ через школу - работ совсем не формалистского толка.

По итогу прошедших двух лет я поняла, как много еще нужно сделать - пожалуй, это главный итог работы. Арт-деятелям необходимо объединяться, а не делить грядки на таком маленьком поле, но это все вопрос времени. У меня есть четкое ощущение миссии, да и запрос и на обучение, и на современное искусство есть в городе: регулярно выявляются молодые и активные жители Владивостока, которым нужно не только объединение и взаимодействие, ощущение «коммуны», но и элементарные знания о теории и истории искусства XX века. Жажда знания и понимания (не просто поглощения информации) для собственных исследовательских проектов подкрепляется одновременным желанием найти признание и зрителя, и школа удовлетворяет и этот запрос.

Атмосфера в школе царит либеральная, и каждый член ВШСИ обладает свободой самовыражения, но в то же время мы даем друг другу понять, когда на выставку что-то сделано чересчур наивно, поверхностно или неискренне. Если ты не дожал или считаешь зрителя за дурака – это сразу всем ясно. Среди зрителей, жителей города есть много открытых, восприимчивых, и для них «инсайды», которые в идеале дает современное искусство, необходимы.

Искусство сегодня встраивается в повседневность, работает с городским пространством, претендует на отображение социальных реалий, и в то же время сохраняет свою автономность и элитарность. Обе тенденции сегодня маркируют линию работы художников, в том числе, Владивостока.

Современное искусство – довольно уязвимая область, род человеческой деятельности, доступный, на первый взгляд, каждому, а значит, и суждению каждого. И вот найти тропу между мыслью художника и оценивающим зрителем – задача арт-критиков (или представителей культурной журналистики), взрастить которых, наименее ангажированных, – тоже задача школы на будущее.

Планов у ВШСИ больше, чем итогов, и они значительнее. Школе надо создать онлайн-архив современного искусства Владивостока - такой источник информации об искусстве Владивостока на двух языках, доступный любому пользователю интернета, надо образовать связующие город нити с художниками и искусствоведами регионов страны через совместные проекты, надо сделать имеющуюся школьную библиотеку шире и снова общедоступной в местах скопления людей, надо делать городское арт-СМИ для переосмысления всего происходящего в современной городской культуре: школа привлекает художников, кураторов, арт-менеджеров и критиков здесь и сейчас, но для совместной работы именно на будущее культуры Владивостока.

Мария Кравцова, арт-критик, куратор, шеф-редактор «Артгид», в апреле 2016 года прочитала лекции по краткой истории арт-критики:

- Когда Яна предложила мне выступить с лекциями во Владивостоке, я сразу с энтузиазмом согласилась. Так как в нашей стране география против искусства (и вообще против всего на свете), то самостоятельно довольно тяжело куда-либо доехать.

Владивостокская аудитория ничем не отличается от московской. В нее входят как представители профессионального сообщества, так и те, кто интересуется искусством, но пока не связали или даже не собираются связывать с ним жизнь, но ходят на лекции, выставки и читают специализированную литературу для общего развития.

Почти у всех, кто приходил на лекции, нет предубеждений против современного искусства (и заодно глупых представлений о том, что оно является зловредным антагонистом-провокатором благородной и сдержанной классики), есть базовые знания, а также энтузиазм: все хотят узнать что-то новое и, что немаловажно, готовы прилагать усилия для этого.

Я бы не назвала Владивосток «отдаленным регионом», как не назвала бы «отдаленным регионом» ни одну часть России. У каждого региона есть свой центр притяжения (вообще Россия – страна городов, Гардарики, бОльшая часть нашего населения городское, образованное), есть свое лицо и свои особенности. Объединяющих факторов у нас (граждан нашей большой страны) больше, чем разъединяющих. И, собственно, одним из этих факторов является культура, а ее неотъемлемой частью – современное искусство. А культура такая штука, которая не может умереть, она обладает удивительной способностью к регенерации, развитию и даже больше – зарождается буквально на пустом месте.

Для чего вообще нужны культура и искусство? На самом деле они являются очень важными общественными инструментами создания комфортной и безопасной среды. Естественно, с этой точки зрения культуру надо развивать везде, это важный общественный институт, а не какая-то прикрученная сверху для украшения штучка. Я знаю из собственного опыта, что культурные институции, современное искусство способны менять, как лицо города, так и лицо общества.

Насколько я поняла, владивостокское культурное сообщество сейчас входит в стадию активного институционального развития и строительства. Причем со стороны все это весьма напоминает то, через что прошла Москва лет десять назад. Если я все правильно поняла, сегодня во Владивостоке работает несколько частных культурных институций (например, «Заря» или та же Школа современного искусства), которые выступают в качестве трендсеттеров, и одновременно происходит перезагрузка музейной сферы.

Я не знаю, что там у Владивостока с финансовым ресурсом (есть ли, например, у вас крупные меценаты, которые могли бы поддержать современные формы культуры), но амбиции (возможно даже не отрефлексированные) у вас большие.

Владивосток – город с собственной мощной мифологией, самосознанием и, я очень надеюсь, перспективами. Но в силу своего географического положения Владивосток больше тяготеет к Азии (хотя, я давно не видела более русского города). Но, если еще десятилетие назад вы были такой отдельной (если смотреть из Москвы) террой инкогнитой, то сегодня, благодаря отдельным энтузиастам (вроде Яны), Владивосток становится ближе к другим культурным центрам нашей страны, а они к нему.

Алиса Багдонайте, шеф-куратор Центра современного искусства "Заря":

 - Если говорить о том, как развивается современное искусство во Владивостоке, то город, на мой взгляд, опережает многие города России, и здесь есть потенциал для рождения альтернативной динамичной сцены искусства.

Во-первых, этому способствует институциональная карта: во Владивостоке есть всё: от частных и государственных музеев до галерей и школы современного искусства, идёт речь о возобновлении биеннале визуальных искусств. Но, конечно, это всё будет оставаться, увы, в провинциальном формате, до тех пор пока у искусства здесь не появится рынка (и в этой ситуации эталоном не могут послужить ни Москва, ни Петербург).

Рынок не может быть ориентирован только на внутреннего потребителя – жителя региона или россиянина. Когда мы говорим о рынке искусства, то предполагаем и участие галерей в международных ярмарках, и ориентацию на зарубежных коллекционеров, и наличие ярмарки и коллекционеров прямо здесь, во Владивостоке. Однако эти факторы зависят также от внешних параметров и отсылают к экономическому и социальному развитию региона и страны в целом .

Развитые рынки и сцены искусства есть там, где есть жирная прослойка просвещенного среднего класса. То есть, чтобы искусству было хорошо, нужно больше образованных граждан, у которых всё отлично в материальном плане.

Отвлекаясь от темы глобального развития сцены, нужно сказать и о реальной ситуации, и о конкретных текущих результатах. Выставка, которую мы показывали в «Заре» осенью 2014 года «Край бунтарей.

Современное искусство Владивостока» этой осенью будет показано в Москве. В том же сезоне в Москве пройдут крупные события современного искусства, к которым относится ярмарка Cosmoscow и  Московская биеннале современного искусства, куратором которой является Юко Хасегава, в проекте которой, мы рассчитываем, появится один из владивостокских художников, с которым мы работаем, – Александр Киряхно. Всех остальных ключевых представителей владивостокской художественной сцены москвичи и гости столицы смогут увидеть на нашей выставке в Московском музее современного искусства на Тверском бульваре.

Сейчас «Заре» посчастливилось сотрудничать с лучшими российскими кураторами, что позволяет нам надеяться не только на то, что Владивосток становится одним из важных мест культурного производства, но и на то, что владивосткоские художники будут включены в их работу не только в Приморье, но и далеко за пределами региона.

 

Андрей Василенко, арт- и кинокритик, автор журнала «Искусство кино»:

- Давайте сначала, определимся в терминах: что мы подразумеваем под «современным искусством». Если мы говорим об устоявшемся понятии художественной практики как некой традиции, укорененной еще в Модерне, которая, с одной стороны, ориентирована на эксперимент, на производство чего-то оригинального, с другой – воспринимается как инструмент производства знания о мире и формирования критической позиции по отношению к процессам, которые имеют место в социальной реальности - то говорить о Владивостокском современном искусстве достаточно сложно. Связано это с ситуацией, в которой существует Владивосток – город находится на периферии.

Безусловно, и у нас есть какие-то яркие, интересные, самобытные авторы, которые формируют свою собственную художественную Вселенную. Они очень ценны в своей самобытности, но достаточно сложно представить их как участников интернационального диалога. Процесс формирования художественной сцены у нас вообще только начался.

Искусство, художественная сцена и рынок произведений искусства – это результат, во многом, запроса со стороны буржуазии, среднего класса. Есть ли у местных буржуа такой запрос – для меня большой вопрос. У нас есть один-единственный пример институции, которая спонсируется состоятельным человеком, уважаемым бизнесменом – это ЦСИ "Заря", и для нас большое счастье, что эта институция работает. Но центр существует уже четыре года и пока мы не увидели других фигур, готовых вступить в соревнования с Александром Мечетиным по этому вопросу, пока наши потенциальные меценаты заинтересованы в раздаче друг другу премий.

Действительно, современное искусство зависит от спроса, который формирует современная буржуазия, но его развитие в большей степени зависит от установки на Просвещение, которая реализуется в желании художников  говорить на какие-то важные универсальные темы. Работ, представляющих собой ряд критических высказываний или попыток критически выразиться о проблемах современного мира, я пока не вижу у местных авторов.

Появятся ли такие художники через пять лет – я не знаю, но очевидно, что процесс в этом направлении пошел. Я это вижу по деятельности ВШСИ или ЦСИ Заря, и даже такой «непрофильной» институции как Музей им.Арсеньева, который в последние годы предлагает принципиально другой принцип построения экспозиций с точки зрения смысловой нагрузки и дизайна.

Наталья Смолянская, кандидат философских наук, доцент кафедры кино и современного искусства РГГУ, прочитала лекции по скайпу в апреле 2017 года:

- Развивать современное искусство в отдаленных регионах России  - необходимо, нет сомнений! Москва и Питер - не Россия, очень жаль, что до сих пор существует такое различие в информированности между столицей и другими городами.

Творчество молодых актуальных художников дает городу, прежде всего, развитие культурной жизни - в этом и есть потенциал молодых художников, они формируют среду, формы жизни, если хотите... 

Шансы Владивостока вписаться в более широкую карту современного искусства – страны или даже мира, а не только региона малы, но делается много, в частности, Школой, поэтому надежда на развитие культурной жизни во Владивостоке есть. Но не отдельно развитие современного искусства - все вместе нужно рассматривать - и философию, и сферу отдыха, и культуру дискуссий, и формирование сообществ...

Ильмира Болотян, художник, исследователь визуальных искусств (Москва), вела практические занятия у учеников Школы в апреле 2016 года:

- Когда я узнала, что Яна организовала ВШСИ, я была в восхищении. Много кто критикует существующее положение вещей, но мало кто делает что-то реальное. Поэтому я с радостью согласилась поделиться тем, что знаю и умею, со студентами Яны. Аудитория показалась вполне подготовленной и открытой новому. Помимо лекций я проводила еще практические занятия. Художники должны были написать мини-пьесы, а также попробовать собрать документальный материал. С обоими заданиями студенты справились. Более того, смогли представить наработанное публике.  

Развивать современное искусство - конечно, нужно. Понятно, что центрами всегда будут Москва и Питер как города с большими ресурсами, но было бы здорово, если бы центров было несколько. Такие попытки уже были, когда из Перми хотели сделать культурную столицу. Чем все кончилось, всем известно. Поэтому пока развитие современного искусства в регионах происходит благодаря низовым инициативам.  

Владивосток выгодно отличается хорошим расположением, близостью к Китаю, Корее, Японии и Америке. Насколько мне известно, многие художники края активно сотрудничают с китайцами. Благодаря появлению центра "Заря" и ВШСИ в городе появилась арт-тусовка, а она не менее важна для развития, чем сами институции. 

Творчество молодых актуальных художников в перспективе дает городу развитие культурной среды. Город - это не только то место, где мы живем и работаем, но и то место, где мы отдыхаем, думаем, развиваемся.   

Шансы Владивостока вписаться в более широкую карту современного искусства – страны или даже мира, а не только региона – я оцениваю как очень высокие. Надеюсь, современное искусство найдет поддержку в вашем городе на самых разных уровнях. 

Лица нашего времени, на чьих ладонях начертано будущее Владивостока и – все возможно - всего мира


Денис Кулик, современный художник, выпускник ВШСИ:

- На данном этапе «Я – современный художник» – это слишком громкое заявление, потому что художник определяется своим послужным списком. Об авторе следует делать выводы, имея перед глазами совокупность всех его художественных высказываний. Я начал свой творческий путь не так давно и сделал не так много, потому современным художником пусть меня называют другие - и, соответственно, анализируют эту сумму высказываний!

Жизненный опыт автора должен быть подкреплен не только практикой, но и теорией – всем увиденным, услышанным, прочитанным. Я сам с университета изучаю современную философию – постмодернизм и нарождающийся метамодернизм. Читаю и на английском, потому что на русский язык философские труды переводятся значительно позднее. Хочется, чтобы и другие художники также интересовались современностью, а не упивались собой в рамках своих устоявшихся взглядов и предпочтений, осваивали бы новые техники и освещали бы новые актуальные темы. Хватит нам картин, которые закрывают дыры в стене – не проще ли прогуляться в магазин «стройматериалы»?

Я всегда знал, что займусь искусством, я видел инсталляции, перфомансы, какие-то достойные образцы дизайна и понимал, что не надо торопиться, когда-нибудь я к этому приду. И я двигался в этом направлении, потому что нет ничего хуже, чем нереализованная потребность в самовыражении. Со словом и звуком я уже работал раньше, а вот с визуальными образами только начал. Может быть, я уже слишком всем этим переполнен и теперь потребность это отдать. Потому что учиться можно всю жизнь, истощить себя неврозами и очень некрасиво умереть. Хочется умереть красиво. 

Современное искусство - это миссия, совпавшая с данью моде. Средства выразительности, которые для меня табу? На данный момент ничего в голову не приходит – да и смешно поднимать тему табуированного в наши дни, когда очевидно явное и ощутимо неявное детабуирование.

Пусть сегодня понятия искусства и эстетики не всегда пересекаются, эстетика важна для меня. Хочется всё же отыскать ту точку, где сойдутся красота и актуальность. Я считаю, что сегодня мало быть только академическим художником - как и современным. Хочется гармонии, примирения между прошлым и настоящим, интеграции. Сила - во взаимодействии, предполагающем разговор на равных.

Я хочу быть понят владивостокским зрителем. Кому-то доставляет удовольствие быть непонятым – красивый образ, можно многое себе позволить. Но мне хочется быть услышанным. 

Глобальный месседж человечеству не может быть сформулирован, потому что я обновляюсь каждый день. Вообще, хочется засыпать пропасть между современным искусством и общественностью, которая с каждым днем становится шире. Хочется найти понятные образы, чтобы адресат и адресант поняли друг друга, и коммуникация состоялась. Для этого высоколобому современному художнику нужно иногда выходить к народу, прибегать к тем символам, которые считываются - но и не опускаться при этом до уровня лубка.

Я не хочу сказать, что современный художник забрался куда-то, где он чувствует себя уверенно, где у него прекрасный угол обзора. Он многого не видит, но он учится видеть. И современный художник хочет, чтобы люди учились видеть вместе с ним – пусть и с помощью шокирующих средств. Шокирующее - это форма!

Антон Лапшин, современный художник, выпускник ВШСИ:

- Я себя не причисляю к каким-то конкретным направлениям – современный, несовременный... Просто делаю то, что мне близко. Мое творчество – это внутреннее стремление к выражению себя разными средствами - это и музыка, и текст, драматургия и психология.

Мне интересно восприятие зрителя, но постольку-поскольку. Это не может быть приоритетом художника, стремящегося выражать себя. Это противоречивые функции.

Я не ориентируюсь на зрителя. Иначе не был бы самим собой. За аудиторией не гоняюсь. Те, кому близко моё творчество, сами придут, если будет им интересно.

Одной жесткой линии в художественных высказываниях у меня нет – мне нравится затрагивать разные темы, наводить зрителя на размышления. Мне свойственен психоанализ, и я применяю его ко всем своим работам. Поэтому моя задача — не просто передать заложенное в процессе работы эмоциональное состояние, но и спуститься на более глубинные уровни. Но полностью понять, конечно, мои работы, способен лишь человек со схожими свойствами. Поэтому я и не стремлюсь намеренно к широкой аудитории. Это мне и не нужно.

Каждый, конечно, найдёт что-то на своём уровне, кто-то, возможно, приоткроет новое для себя. Но я не могу проконтроллировать этот процесс, просто делаю то, что у меня получается, и стараюсь научиться новому.

Табу и творчество мне кажется мало совместимым. По крайней мере, для меня. Поэтому стараюсь избавляться от любых самоограничений (при их выявлении), и в творчестве, и в жизни.

Современное искусство формирует будущее.

Оксана Маякова, арт-критик, ученик ВШСИ:

- Нужно ли современное искусство Владивостоку? Владивосток – это значимая часть страны и часть мира. Каждый человек – часть большого сообщества, коллектива.

Человеку важно быть причастным к чему-то большему, чем он сам, важно иметь возможность разделить свои переживания с единомышленниками. Для меня такой сферой разделения общего внутреннего эмоционального пространства стало современное искусство.

Каждая работа современного художника - это акт его коммуникации с миром, который происходит здесь и сейчас, и у меня есть возможность быть причастной к тому, что он хотел выразить, попытаться понять его послание и объяснить зрителю. Я вообще не люблю слово «критик», я люблю слово «посредник», и отношение зрителя и произведения искусства я воспринимаю как общение между людьми. Зритель не может уловить смысл в произведении искусства, потому что не может нащупать дорожку, ведущую к человеку, который стоит за этим произведением.

А ведь в каждом человеке есть смысл.

Интересные материалы